Артезианская Археологическая Экспедиция

Российско-Украинская Артезианская Археологическая Экспедиция была образована в 1987 г. на базе одноименного молодежного археологического отряда Восточно-крымской археологической экспедиции Института археологии СССР Крымским филиалом Института археологии Национальной Академии наук Украины, Центром творчества детей и молодежи им. А. Косарева и лицеем № 1502 при МЭИ (г. Москва).

В 2013 году экспедиция работает в поле с 1 июня — 5 сентября. Руководит экспедицией Винокуров Николай Игоревич — доктор исторических наук, профессор, заведующий кафедрой истории древнего мира и средних веков исторического факультета МПГУ, член Экспертного совета по археологии, истории и смежным научным дисциплинам Совета Федерации РФ.

Работы курируют с украинской стороны — Институт Археологии НАН Украины, с российской стороны — Московский государственный педагогический университет (кафедра истории древнего мира и средник веков исторического факультета) при участии Группы физической антропологии Института Археологии РАН, биофака МГУ, МГУКИ.

Экспедиция проводит научно-изыскательские работы по исследованию археологических памятников Боспорского царства в уникальном заповедном районе Крымского Приазовья — урочище Артезиан, которое славится заповедными живописными ландшафтами с широкими заросшими ковылем и другими степными травами пространствами, необычно извилистыми балками с родниками и водоемами, богатыми рыбой и дикой птицей, и конечно, уникальными археологическими памятниками — жемчужинами прибрежной зоны Крымского Приазовья. Среди них наиболее крупные городища — Артезиан и Багерово-Северное — мощные крепости, оберегавшие жизненно важные центры Боспорского царства от набегов воинственных кочевников — скифов и сарматов.

Раскопки проходят в Восточном Крыму, в20 километрахот города Керчь. В двадцати минутах ходьбы от базового лагеря экспедиции находится поселок Чистополье.

Во время полевого сезона 2013 года проводятся раскопки большой царской крепости и её некрополя на четырех участках, занимающих площадь более 9000 кв.м.

На раскопах I-IV городища Артезиан — продолжаются раскопки оборонительных башен, стен и рва Цитадели времени правления царей Асандра, Аспурга, Митридата и Котиса; на некрополе — изучение захоронений жителей крепости, склепов и грунтовых могил. Специальная команда занимается раскопками колодцев, южных кварталов городища и помещений казарм времени Митридата Евпатора Диониса.

Также запланированы дайвинг-работы в районе акватории Казантипского залива Азовского моря, около сел Нижне-Заморское и Золотое, связанные с поиском береговой полосы античного и средневекового времени, затопленного античного порта, гавани и древних судов.

Основные научные цели и задачи Артезианской Археологической Экспедиции состоят в изучении:

— структуры и хозяйственной специализации поселений

— системы античного землепользования и размежевания прилегающих к поселениям территорий

— динамики развития поселений урочища Артезиан (Золотое-берег, Артезиан, Багерово-Северное)

— системы их обороны и взаимодействия с другими укрепленными пунктами на побережье и в глубине Керченского полуострова, геоморфологической и палеоклиматологической обстановки данного региона, коммуникации

— выделение естественных природно-экологических зон с присущими им типами поселений

— выяснение эволюции и хозяйственной специализации природных зон региона.

Артезианская экспедиция исследует на протяжении многих лет в Крымском Приазовье урочище Артезиан, которое славится заповедными живописными ландшафтами с широкими заросшими ковылем и другими степными травами пространствами, необычно извилистыми балками с родниками и водоемами, богатыми рыбой и дикой птицей, и конечно, уникальными археологическими памятниками — жемчужинами прибрежной зоны Крымского Приазовья.

Территория урочища была освоена людьми еще в эпоху каменного века — в мезолите-энеолите. Древних людей привлекали природные условия урочища, обилие воды, здоровый климат, богатый животный мир, прекрасные охотничьи угодья и плодородные земли. В тот период вся территория урочища была покрыта довольно густым лесом, переходящим ближе к скалистому побережью Азовского моря в песчаные дюны. В низменной части урочища текла полноводная река, изобильная рыбой. Заросли камыша скрывали за густой порослью ее обрывистые берега. На удобных для жизни местах появились постоянные и временные стоянки древние охотники и рыболовы каменного века, а затем на их месте возникли поселения земледельческого и скотоводческого профиля эпохи бронзы.

О бурной жизни урочища в период каменного и бронзового веков напоминают пирамидальные и призматические нуклеусы, скребки, проколки, ножевидные пластины, вкладышевые орудия, отщепы, обломки каменных полированных топоров из разрушенных древних погребений и поселений. Интересно, что жители античных селищ и городищ считали эти каменные орудия какими-то магическими предметами и специально их собирали, возможно, для проведения особых мистических таинств. Такие древние находки постоянно встречаются в культурных слоях античных поселений. Особенно много кремневых орудий вымывается на поверхность из разрушаемых распашкой и грунтовыми дорогами насыпей курганов, тянущихся с востока на запад, в сторону Казантипского залива.

Современный рельеф урочища Артезиан в целом соответствовал древнему, поэтому направление основных коммуникаций — грунтовых дорог, связывающих побережье со степными глубинными территориями Керченского полуострова, мало изменилось. Трассы древних дорог хорошо заметны на поверхности, так как отмечены цепочками курганов эпохи бронзы.

Курганы, заросшие полынью и ковылем, образовывают живописные группы на водоразделах и перепадах высот. Их оплывшие насыпи, пробитые грабительскими шурфами, заставляют задуматься уставшего путника о днях минувших и преданиях старины седой. Как правило, насыпи курганов не выше одного-двух метров. Но встречаются и более мощные курганы, впечатляющие своими размерами. Они достигают высоты трех-семи метром и в поперечнике имеют 50-80 метров. Такие могильные насыпи служили усыпальницами древних героев и богатырей.

Несколько больших курганов было раскопано экспедицией. Под древними насыпями выявлено десятки разновременных погребений: от кеми-обинских, соответствовавших времени, когда в Крыму жили легендарные киммерийцы, до средневековых захоронений, жертвенные комплексы и хозяйственные ямы античного и средневекового времени.

Исключительно ценными с научной точки зрения являлись «скорченное» захоронение подростка в каменном ящике, украшенном символом жизни — «елочным» орнаментом, развитого этапа кеми-обинской культуры середины III тыс. до н. э., парное захоронение мужчины и молодой женщины эпохи срубной культуры конца среднего бронзового-позднего бронзового века. Последнее захоронение отличалось уникальными пропорциями могильной ямы, вытянутой позой костяков и окрашенностью их костей в синий цвет. Причем женщина была принесена в жертву и находилась в могиле в полусидячем положении, охраняя покой умершего владыки.

Совершенно незаурядной стала находка антропоморфного известнякового изваяния, некогда стоявшего на насыпи кургана эпохи энеолита-ранней бронзы (XXIV-XXIII вв. до н. э.). Размеры стелы впечатляют. Ее длина достигала2,10 м, ширина — 0,54-0,64 м, при толщине0,27 м. На лицевой стороне изваяния вырезаны 16 чашевидных углублений; а также схематичные изображение гривны или ожерелья и боевой секиры на длинной рукояти. Некоторые исследователи видят в таких углублениях карту звездного неба, окружающей местности. Но возможно фантазия древних была не столь развита, как у наших ученых, и ямки символизировали, например, число семей или родов, которые почитали данное изваяние, изображавшее давно почившего, но славного делами предка.

Характер хозяйства, образ жизни и этническая принадлежность населения, оставившего курганы и поселения в урочище, предстоит еще установить. Но уже ясно, что это был не только кочевники, но и земледельцы. В Восточном Крыму и на сопредельных территориях выделяются греческая, фракийская, балтийская, иранская топонимии античного периода. Имеется ряд неизвестных по происхождению названий, преимущественно городов внутренней Тавриды, которые естественно увязываются с таврами как автохтонным населением (часть доскифского киммерийского населения) полуострова в целом и могут быть объяснены на основе индоиранской (санскритской) лексики. Ряд названий связан с понятием «вершина, убежище, укрепленное место», характерными для расположения таврских поселений.

С момента основания Боспорского царства в V в. до н. э. урочище становится важной экономической и стратегической базой царской власти. Экологическая микросреда урочища Артезиан создавала прекрасные условия для ведения оседлого хозяйства, базирующегося на земледелии и придомном пастушеском животноводстве, для развития гончарного, железоделательного и других ремесел. Это была, видимо, территория, которая входила в царские владения и населялась военными поселенцами. Не случайно, все крупные античные поселения занимали командные высоты урочища, наиболее удобные для жизни и обороны. Они находились в прямой видимости от городищ других территориальных зон Боспорского государства.

Подход к урочищу Артезиан со стороны моря, на западе, фланкировало городище Ново-Отрадное, прикрывающее к тому же (поблизости от северной оконечности Узунларского вала) вход в Аджиэльскую балку. Оно занимало господствующую в этом районе высоту — холм с тремя уплощенными вершинами. Его омывала речка Аджиэлька, которая через 700-800 мвпадала в море. Это поселение было многослойным, террасированным и существовало с конца III в. до н. э. по IV в. н. э. По расположению напоминало городище Артезиан и существовало примерно в те же хронологические периоды. Особенно интересен раскопанный там И. Т Кругликовой хозяйственно-жилой комплекс подпрямоугольной формы, площадью0,044 га, который, на мой взгляд, вряд ли можно считать обособленной усадьбой. Данный объект больше напоминает постройку типа форта, сооруженного на специально подготовленной площадке на мысу, который образовывали с трех сторон обрывистые откосы возвышенности, существенно затруднявшие доступ к нему штурмующих. Он занимал вершину холма и фактически являлся цитаделью поселения.

Севернее поселения Ново-Отрадное, на противоположном водоразделе урочища Артезиан, в районе современной деревни Золотое, размещалось несколько мелких поселений, в том числе городище Золотое-берег и селище Золотое-плато. Они отличались друг от друга расположением, планировкой, типами построек, временем существования.

Золотое-берег — компактное многослойное поселение с террасной системой планировки и оборонительными сооружениями. Оно существовало на протяжении эллинистического времени и первых веков нашей эры, и, судя по находкам, могло возникнуть в V в. н. э. Возможно, здесь преобладал греческий этнический компонент. Среди многих интересных археологических объектов, которые были здесь раскопаны, следует выделить рыбозасолочное хозяйство II в. н. э., состоявшее из четырех ванн вместимостью до83,7 м3, хранилища и подсобного помещения. Этот комплекс позволял в путину переработать до 5304 ц рыбы за сезон, при единовременной загрузке 650-670 ц сырой рыбы. Он, вероятно, использовался артелью рыбаков и был ориентирован на рынок. Не исключено производство здесь соленой рыбы и ценных рыбных соусов для нужд царского двора и армии.

Другой интересный памятник Золотое-плато — однослойный памятник IV-III вв. до н. э., типичная варварская деревня, без оборонительных конструкций и выраженного планировочного ядра. Ее образовывали отдельно отстоящие (на 30-50 мдруг от друга) многокамерные дома неправильных очертаний. Рядом с ними располагался обширный некрополь, хорошо исследованный ВКАЭ ИА РАН под руководством д. и. н. А. А. Масленникова.

На северо-востоке находилось мощное городище Багерово-Северное, возможно, древняя Тарона, упомянутая у древнего географа Клавидия Птолемея. Эта крепость контролировала несколько важнейших экономических долин Боспора, тяготеющих к обширной Карамской балке. Городище замыкало выход из урочища Артезиан на востоке и защищало проход из него в центральные, богатые и хорошо населенные, зоны Боспора, выходящие к городу Зенонову Херсонесу, расположенному на Азовском побережье, и столице Боспора — Пантикапею (современный г. Керчь). Важное стратегическое значение городища Багерово-Северное очевидно. В ходе его раскопок были получены важные результаты, включая самый ранний (для изучаемого района) материал античного времени, который датируется VI-V вв. до н. э., частично открыт форт, мощные крепостные стены, святилище, несколько хозяйственно-жилых помещений.

В центре урочища, на месте бывшей дер. Паша-Салын, находится городище Артезиан, которое особо выделялось среди остальных памятников. Это поселение исследовано лучше всего. Раскопами изучен культурный слой на площади около 4 тыс. кв. метров. Городище является многослойным памятником с очень сложной стратиграфией. Мощность слоев энеолетического, античного и средневекового времени достигает пяти метров.

Центральное положение Артезиана обеспечивало его доминанту над другими поселениями урочища в торговом, сырьевом, ремесленном и оборонном значениях. Этот населенный пункт был удобен для сбора налогов или контроля за поселениями указанной территории, так как находился на равновеликом удалении от морского побережья и ведущих укрепленных поселений соседних территориально-хозяйственых зон. Следует полагать, что, здесь могли постоянно или временно (в момент сбора урожая) размещаться представители государственной администрации и какой-то военный контингент. Возможно, здесь находились люди, занимавшиеся профессионально торговлей, собирающие и реализующие излишки сельскохозяйственной и ремесленной продукции населения урочища.

Исследователи полагают, что на месте городища располагалась древняя Пароста (Parosta), упомянутая римским автором Плинием и выдающимся греческим географом Клавдием Птолемеем. Название Пароста в переводе с древнеиранского означает как «стоящая впереди», а с индоарийского как «расположенная у устья, у гавани». Действительно, этот пункт был передовым форпостом в сложнейшей системе боспорских укреплений — валов и рвов, усиленных крепостями и фортами, оберегавших жизненно важные центры Боспорского царства от жаждущих добычи кочевников, вторгавшихся в Крым со стороны Перекопа.

Античное поселение, площадью около семи гектаров занимает господствующую над местностью естественную возвышенность, хорошо защищенную рельефом. Его отличали значительные размеры и главенствующее центральное положение.

Городище укреплено рвами и валами. В его центральной части возвышается Цитадель, а по краям — четыре зольника. Выбор места для сооружения Цитадели был несомненно продиктован военно-стратегическими соображениями. Ее строители явно стремились использовать выгоды топографического положения, с целью максимального облегчения задач обороны крепости и причинения неудобств штурмующим, созданных самой природой. Удобный подход к поселению имелся только с восточной стороны, где располагались три зольника, а за ними — обширный некрополь, рассеченный несколькими древними дорогами, шириной два-четыре метра. С юго-западной стороны поселения северная и южная балки соединяются и образовывают естественную котловину округлой в плане формы, которая в древности использовалась в качестве водохранилища. Его глубина достигала 3-4, а ширина —100 м.

Городище на протяжение 1200-летней истории неоднократно горело и разрушалось в ходе варварских штурмов и мощных землетрясений, но всегда восстанавливалось. Облик материальной культуры городища Артезиан в античный период VI в. до н. э.-IV в. н. э. — античный греческий, варварское же влияние проявляется незначительно.

Наиболее интересными сооружениями являются остатки Цитадели рубежа нашей эры — первых веков нашей эры с мощными прямоугольными башнями и крепостными стенами, сооруженными из больших рустованных квадров. Крепость окружал частично облицованный камнем ров (глубиной до 3-4 ми широкий ров 11-12 м) с дополнительной внешней стеной — протейхизмой.

Башни крепости отличались тщательной кладкой, почти математически правильных пропорций. Кладки оборонительных стен — куртины — строились с башнями впритык, а не вперевязь. Этот строительный прием имел профилактический характер, особенно рассчитанный на разрушительный действия землетрясений. Он предполагал в случае разрушения части стены около башни сохранение последней как самостоятельной точки обороны, и, наоборот, в случае падения башни стена оставалась целой. Цокольная часть башен несколько утолщалась, чтобы придать им большую антисейсмическую устойчивость и усилить сопротивление действию таранов.

Внушительное впечатление производят нижние этажи казарм времени могучего противника римлян, царя Понта, Митридата Евпатора Диониса, расположенных на нескольких террасах в южной части городища. Они поражают сложенными из квадров мощными стенами, правильностью планировки, монументальностью и техникой «шахматной» кладки, необычной для архитектурных сооружений Северного Причерноморья.

На территории городища открыты два изолированных форта первых веков нашей эры с круглыми башнями и примыкавшими к ним помещениями. Они не входили во внешнюю систему обороны. Башни, судя по мощным фундаментам, имели высоту не менее 8-12 м. Они возвышалась над другими постройками и были важными локальными узлами обороны. С их верхних этажей хорошо просматривались окрестности, Азовское побережье и даже мыс Казантип. Первый этаж, как во многих подобных постройках был полуподвальным и использовался, судя по находкам, для хранения припасов, имущества и сельскохозяйственного инвентаря, весьма ценного для земледельцев.

Хозяйственные и жилые здания городища имели правильную планировку. Они группировались в кварталы, вытянутые вдоль вымощенных улиц, повторявших очертания террас. Стены построек, сложенные на каменном цоколе из сырцовых кирпичей, покрывала штукатурка, а крыши имели черепичные кровли. Вода и стоки отводились с территории жилой застройки городища. Отдельные постройки включали мраморные архитектурные детали. Все это в сочетании с разнообразным и богатыми находками свидетельствует о достаточно высоком уровне жизни обитателей этого населенного пункта.

Для хозяйственно-жилых построек характерно использование вместимых зернохранилищ — грунтовых ям грушевидной или цилиндрической формы, с выложенной камнем горловиной и герметичной крышкой. Они имели глубину до 3-5 метрови диаметр в придонной части до 2,5-3,5 м. Большие объемы ям свидетельствуют, по всей видимости, о том, что хлебопроизводство было доминирующей отраслью хозяйства, хотя жители занимались и виноделием. Здесь найдено четыре больших винодельни, с большими прямоугольными цистернами для сбора выдавленного сока, мощными прессами и полуподвальными винохранилищами с вкопанными на различную глубину огромными глиняными сосудами для хранения и приготовления вина — пифосами. Значимую роль играли также скотоводство и птицеводство. Кроме того, жители поселения занимались гончарным, ткацким, меде-и железоплавильными, стеклоделательным ремеслами, строительством, охотой и рыбной ловлей.

Расположенный на пятнадцати гектарах за пределами городища Артезиан античный некрополь с интереснейшими погребениями в настоящий момент активно грабится современными гробокопателями-мародерами. По этой причине исследование некрополя для экспедиции — приоритетное направление текущей деятельности.

Среди погребальных сооружений преобладали прямоугольные грунтовые могилы (иногда с округленными углами), с заплечиками для установки каменного перекрытия из одной-четырех каменных плит, не характерные для Крымского Приазовья. Могилы с захоронениями взрослых были довольно глубокие (до 2-3,5 мот современной поверхности). Детские могилы менее заглублены, их заклад нередко фиксировался под почвенным горизонтом, — на глубине 0,40-0,60 м. Плитовые захоронения содержали обычно один, реже — два-пять костяков. В непотревоженных грабителями могилах преобладало трупоположение на спине, с вытянутыми вдоль корпуса руками и прямыми ногами. Иногда ноги покойных перекрещивались.

На некрополе открыто несколько монументальных каменных склепов — родовых усыпальниц богатой элиты поселения. Склепы имели дромос и прямоугольную в плане погребальную камеру, сложенных из плит и квадров. Они имели купольный свод, высотой не менее 2,20-2,60 ми перекрывались курганными насыпями, которые доминировали над остальными могильными насыпями. Это привело к ограблению склепов еще в античное время и предопределило частичную разборку их стен.

Подкурганные купольные перекрытия каменных склепов (высотой до5,5 м) известны на Боспоре. К примеру, один из них открыт в1821 г. матросами Н. Ю. Патиниоти при добыче камня, неподалеку от Керчи в районе кургана Алтын-Оба.

Захоронения совершались в гробах, погребальных ложах, саркофагах, так и без них. В одном из погребений открыто несколько десятков гипсовых налепов, раскрашенных черной и розовой красками, с изображением круговых розеток, торса Деметры, Коры, головы Медузы-Горгоны. В инвентаре погребений встречались наборы краснолаковой посуды, включавшие в себя краснолаковые блюда, миски на круговом поддоне с клеймом planta pedis на внутренней поверхности, иногда в обрамлении одно-трех кругов косых насечек, краснолаковых и стеклянных кувшинчиков, стеклянных бальзамариев — сосудиков для драгоценных благовоний. В женских и детских погребениях встречались наборы бус, бронзовых браслетов, серьги, колечки, в мужских — кинжалы, мечи, наконечники стрел, металлические детали одежды и экипировки.

Среди прочих захоронений исследованы погребения собак и лошадей, совершенные в овальных ямах неправильной формы. Лошади погребены с железными псалиями и пряжками, входивших в состав уздечного набора и упряжи. Некоторые из них имели прижизненные и успешно залеченные следы тяжелых боевых травм.

Находки оружия, остатков металлических доспехов, боевые травмы погребенных, возможно, говорят о присутствии в составе населения городища определенного воинского контингента. Статуэтки статичных и галопирующих всадников, надгробные изображения в слоях первых веков н. э., захоронения в могилах некрополя лошадей, большое количество костей лошадей в культурных напластованиях городища, специальные помещения для содержания лошадей красноречиво свидетельствуют о присутствии кавалерии в военном гарнизоне крепости Артезиан.

Большое количество граффити и дипинти — надписей на стенках пифосов, амфор, простой гончарной и краснолаковой посуды, пирамидальных глиняных грузилах, кружках из гончарных стенок, игральных и гадательных костях (астрагалах) — представлено буквами греческого алфавита, сокращениями греческих слов и имен. Широкое использование греческого языка жителями городища Артезиан на протяжении всей его многовековой истории свидетельствует о культурной преемственности и определенном образовательном уровне как детей так и взрослых.

В2 кмк юго-западу от городища Артезиан на месте заброшенной деревни Маяк-Салын обнаружено другое античное поселение «Маяк». К югу от них, в районе современного поселка Чистополье, на перепаде высот располагалось еще одно античное поселение — «Салын», прикрытое с западной стороны «фортом».

Помимо выше описанных населенных пунктов во время разведок ААЭ изучались примыкающие к ним остатки многочисленных и местами очень хорошо сохранившихся земледельческих наделов со следами древних виноградников и расположенных на них построек, внешне напоминающих усадебные сооружения, различного рода ограды и загородки, места добычи камня, глины и других строительных материалов.

Античные городища, как правило, окружали монументальные зольные холмы (диаметром в несколько десятков метров и высотой до пяти метров), которые с известной долей уверенности можно интерпретировать как своеобразные культовые комплексы. В центре зольников располагались жертвенные площадки с алтарями, которые постепенно были перекрыты золой и предметами культа, оставшихся от подношений и всесожжений богам. Следует думать, что рядом с зольниками располагались святилища и прилегающие к ним жилые и хозяйственные постройки для жрецов и обслуживающего персонала.

Возможно, есть определенное соотношение между количеством зольников на поселении и его территорией, точнее количеством проживающих на его территории человек (семей, родов, этнических групп, отсюда и культов?). На городище Золотое-берег зольник только один. Он расположен на северо-востоке. Соответственно, площадь городища была невелика около2 га, его территорию могли вполне занимать несколько семей, объединенных в один род и имеющие единый общий культ. На городище Артезиан таких зольника уже четыре. Интересно, что площадь городища Артезиан больше поселения Золотое-берег примерно в четыре раза! Характерно, что три основных зольника расположены на восточной окраине поселение — для встречи восходящего солнца, а четвертый, меньший — на западной — для его проводов? Подобные зольники являлись не простыми мусорными сбросами золы из очагов, а родовыми святилищами, объединявшими определенное количество человек, посвященных конкретному божеству, прародителю или покровителю рода, этнической или социальной группы. Конечно, это могли быть и просто святилища определенного культа, не носящие выраженную родо-племенную окраску. В любом расположение зольников подчинялось культам, связанным с движением солнца и имело некий сакрально-астрономический подтекст.

Бурный рост населения и крепостей, активная сельскохозяйствая деятельность, неумеренная вырубка леса приводили в античное время к деградации естественных ландшафтов. Этот процесс продолжался почти двенадцать столетий — до гибели Боспорского государства. Немаловажное значение имели для разрушения местной экосистемы выпас скота, особенно коз и овец, выжигание травы и подроста, добыча дров, строительных материалов (камня, песка и глины). Растительность постепенно отступала в глубинные районы урочища, в балки, лощины, на крутые склоны и в другие труднодоступные для человека места, хотя и туда, возможно, приходили люди, вырубая последние остатки деревьев и кустарников.. Подтверждением чему служит постепенное доминирование костей диких степных животных над лесными в культурных напластованиях античных поселений и обмеление реки, что потребовало в первые века нашей эры задерживать воду в искусственных водохранилищах, создавая плотины, перегораживающие балки урочища.

Возможно, ухудшение экологической ситуации, да и военные потрясения, связанные с постепенным затуханием боспорской государственности в период IV-VI вв. до н. э., вызвали заметное сокращение населения в урочище. Многие цветущие ранее поселения забрасываются и становятся естественной каменоломней для добытчиков обработанного камня. На древних некрополях вовсю орудовали мародеры, активность которых особенно возросла, когда здесь появились подданные Хазарского каганата — носители восточно-крымского ареала «салтово-маяцкой» культуры VIII-IX вв. н. э. Пришельцы — осевшие на землю скотоводы — в основном занимались привычным для них делом — скотоводством. Впрочем, охота и рыбалка, земледельческая и ремесленная деятельность были им не чужды. Возможно, они освоили также виноградарство и виноделие.

Находки и строительные остатки средневекового периода позволяют представить материальный облик неукрепленных поселений «салтовцев» (хазары?, аланы?) с загонами для скота рядом с небольшими саманными домиками, округлыми в плане полуземлянками и кочевыми юртами, от которых сохранились только круговые обкладки камней, добытых из античных развалин. В настоящий момент на территории заброшенных античных городищ найдены следы жестких религиозных ритуалов, связанных с принесением в жертву неизвестным божествам младенцев и подростков, которых предварительно расчленяли на части, а также собак и быков, а также многочисленные остатки ряда производственно-хозяйственных, ремесленных и жилых комплексов, хозяйственные ямы и котлованы.

 

 

artezian.info

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *